Память и контекст

Сверено с выпуском 0.36.0, 14.11.2026.

Агент по умолчанию ничего не помнит между задачами, а окно контекста у модели конечно. Pulse решает обе проблемы: копит знание о проекте и сам сжимает историю разговора.

Память репозитория

На каждый репозиторий Pulse ведёт файл памяти в memory/<имя>-<хэш>.md (имя папки репозитория и короткий хэш пути — одинаковые имена не сталкиваются). Туда попадают итоги задач, решения и договорённости: «токены не в localStorage», «миграции только через alembic», «этот модуль переписывается, не трогать».

  • Кто пишет. Архитектор роя — сам, по итогу волны: его финальный ответ без блока заданий дописывается в память. Вы — кнопкой «в память» в окне «Заметки» задачи: она записывает последний ответ агента.
  • Кто читает. Выдержка (около 3000 символов) уходит первым ходом каждой новой сессии в этом репозитории и в бриф архитектора.
  • Где посмотреть и поправить. В задаче: окно «Заметки», раздел «Память репозитория». В настройках: Репозитории → «Память». Это обычный Markdown, правьте руками.

Как память становится общей

Память лежит в папке данных Pulse, то есть на одном компьютере. Поделиться ею можно двумя способами — они не заменяют друг друга, и каждый включается отдельно в Настройки → Репозитории → «Общая».

Через проект команды (облако)

Память репозитория становится общей внутри проекта команды, к которому репозиторий привязан отпечатком. Публикация — выбор человека, расхождение разрешает человек (взять общую, оставить свою, объединить). Требует входа в облако и проекта с этим репозиторием.

Файлом в самом репозитории

Тот же текст памяти кладётся Markdown-файлом рядом с кодом. Он едет с репозиторием, попадает в обычное ревью и виден тому, у кого Pulse не стоит; ни облака, ни проекта команды для этого не нужно.

Обработчик в главном процессе (registerRepoMemoryFileIpc, src/main/memory/repoMemoryFile.ts) зарегистрирован из src/main/ipc.ts — рядом с registerTeamMemoryIpc (с 0.30.28), так что раздел есть в окне и работает. Сам себя модуль зарегистрировать не может намеренно: каждый канал главного процесса проходит assertTrustedIpc, а доверенное окно известно только ipc.ts — регистрация в обход этой проверки открыла бы запись файлов в ваш репозиторий любому кадру, который до неё дотянется. Контрактная проверка моста (ipcContract.test.ts) падает, если эту регистрацию убрать.

  • Место выбираете вы. Умолчания нет: пока путь не назван, файла не существует. Окно предлагает docs/pulse-memory.md, .pulse/memory.md и PULSE_MEMORY.md, но ни одно из них не подставлено заранее. Путь обязан быть внутри репозитория и оканчиваться на .md; .., абсолютные пути и .git/ отклоняются словами.
  • Pulse только пишет файл. Добавлять его в git, коммитить и отправлять — ваше дело.
  • Новая запись доезжает сама. Итог задачи от архитектора роя попадает и в память, и в файл; открывать настройки для этого не нужно.
  • Чужая правка не затирается. Файл приезжает слиянием и правится руками. Если изменилась одна сторона, Pulse переносит изменение молча (терять нечего). Если правили обе — показывает заголовки записей, которых нет у каждой стороны, и ждёт выбора: объединить, взять из файла, оставить свою.
  • Обычный git-конфликт остаётся обычным git-конфликтом. В слияние веток Pulse не вмешивается и маркеры конфликта не разбирает — но и не читает файл с ними: пока <<<<<<< и >>>>>>> на месте, сверка останавливается и говорит об этом. Иначе обе версии вперемешку ушли бы агенту первым ходом под видом знания о проекте.
  • Выключение возвращает как было. Файл, который с нашей записи никто не менял, убирается (коммит удаления за вами). Изменённый чужой рукой остаётся, и об этом сказано словами.
  • Предел — 256 КБ, тот же, что у общей памяти в облаке. Размер файла проверяется до чтения: файл в репозитории может подменить кто угодно, а память уходит агенту первым ходом.

Vault для ролей роя 24/7: пока не подключён

.pulse/memory/ — другая память: файлы в репозитории для семи ролей роя 24/7, а не память репозитория из раздела выше и не выбранный вами Markdown-файл для её синхронизации. Для неё реализованы чтение CONSTRAINTS.md и подходящих к задаче записей из журналов instincts, изоляция памяти от cold-read ревьюеров и запись use после успешного ответа модели. Это код packages/pulse-memory и runRoleTurn в packages/pulse-agents.

В текущем приложении ходы роя не вызывают runRoleTurn. Рой из окна отправляет задания через src/main/swarm/coordinator.ts → SessionManager; сервер роя 24/7 импортирует из @pulse/agents только реестр ролей для аудита. Исполнитель сессий по контракту AgentExecutor ещё не подключён к обработчику очереди. Поэтому настоящий ход роли не подгружает instincts из Vault и не записывает use. Создание .pulse/memory/ само по себе этого не меняет. Память репозитория и заметки задачи из разделов выше продолжают работать по своему пути.

Чтобы подключить Vault к рою 24/7, нужен local-executor с жизненным циклом AgentExecutor: обработчик TaskQueue.work создаёт сессию роли, её первый ход использует runRoleTurn с корнем репозитория и задачей. Нынешний runRoleTurn возвращает готовый ответ целиком, поэтому для стрима токенов и отмены его inference-вызов надо адаптировать; повтор и отчёт тоже должны проходить через тот же исполнитель. Подключение к рою в окне Pulse — отдельный вариант: адаптер в SessionManager должен явно сопоставить роли окна с ролями @pulse/agents, моделью и политикой cold-read. Добавить текст памяти в memberFirstTurn недостаточно: это обойдёт проверки diff и учёт use, а прямой вызов runRoleTurn рядом с текущим runTurn выполнит второй запрос к модели.

Признак готового подключения — продакшн-вызов runRoleTurn из выбранного исполнителя и сквозной тест первого хода: подходящий instinct попал в контекст, use записан только после успешного ответа, а cold-read ревьюер не получил память роли. До такого вызова тесты пакетов проверяют библиотеку, не поведение приложения.

Заметки задачи

Окно «Заметки» задачи — свободный текст про конкретную задачу: что нельзя трогать, где стиль, какие тесты гонять. Уходит в контекст первого хода каждой сессии этой задачи и каждого участника роя (до 2000 символов). В отличие от памяти, живёт только внутри задачи.

Заметка задачи — ещё и файл Markdown в хранилище заметок (по умолчанию ~/Pulse/Заметки, файл Задачи/<название> (<id>).md): кнопка «Открыть файл» показывает его в «Файлах», он открывается и в Obsidian. Кнопка «В заметку» дописывает туда последний ответ агента без секретов.

Версии инструкций

Инструкции вариантов агента и участников роя хранятся с историей: номер версии, дата, разница к текущему тексту, полный текст, кнопка «Вернуть». У сессии видно, какая версия ушла агенту первым ходом. Это позволяет честно сравнивать: «на v2 он делал лучше, чем на v3» — и вернуться.

Сжатие контекста

Встроенный агент (локальная модель, GigaChat) следит за размером истории по окну контекста из карточки модели:

  1. На 75 % окна включается сжатие, цель — вернуться к 50 %.
  2. Сначала подрезаются выводы инструментов в старых ходах (полный текст файла нужен был тогда, а не сейчас).
  3. Затем старые ходы (кроме двух последних) сворачиваются в одну сводку: что просил пользователь, какие инструменты звались и с чем, какие файлы изменены, чем закончилось.
  4. Если и этого мало — жёсткая подрезка недавних ходов, потом в сводку уходит всё, кроме текущего хода.

Свежий результат инструмента не трогается никогда, пары «вызов → результат» не рвутся, сводка одна и дописывается. В ленте появляется карточка «Агент сжал контекст перед запросом: ≈28 тыс. → ≈9 тыс. токенов из 32 тыс.» со сводкой внутри.

Оценка токенов калибруется по ответам сервера: Pulse сравнивает свою оценку с prompt_tokens и подстраивается под токенизатор модели.

Для внешних агентов (Claude Code, Codex, Kimi, OpenCode, Grok и агентов реестра ACP) контекстом управляет сам агент. Pulse показывает заполнение кольцом в поле ввода, если агент его сообщает, и не придумывает порог, при котором агент сожмёт историю сам.

Кнопка «Сжать»

С 0.34 кольцо контекста в поле ввода сессии раскрывается шкалой «Окно контекста»: занято, окно модели, у встроенного агента — резерв до автосжатия (75 %), и кнопка «Сжать».

  • Встроенный агент сжимает историю на месте тем же алгоритмом, без порога. Карточка в ленте: «Контекст сжат по вашей команде: ≈… → ≈… токенов».
  • ACP-агент получает свою команду сжатия — только если сам объявил её (compact). Ответ агента придёт в ленту.
  • Иначе кнопка заперта и говорит почему: идёт ход, агент ещё не запущен в этой сессии или агент не объявил команду сжатия. Угадывать чужую команду Pulse не станет: агент понял бы «/compact» как обычную просьбу.

Что где хранится

Что Где
Память репозитория memory/<имя>-<хэш>.md в папке данных
Согласие вести файл памяти в репозитории pulse-memory-repo-file.json в папке данных
Сам файл памяти в репозитории путь внутри репозитория, который назвали вы
Заметки задачи вместе с задачей в pulse-tasks.db (SQLite; pulse-tasks.json — снимок прежнего формата) и файлом Задачи/…md в хранилище заметок
История инструкций pulse-settings.json, раздел promptHistory
История разговора transcripts/<sessionId>.jsonl — полный, без сжатия; сжимается только то, что отправляется модели
Снимки файлов перед ходами («Откатить ход», с 0.34) checkpoints/ в папке данных, до 2 ГБ: сверх предела уходят снимки закрытых сессий